Автор: Fernando Pertini
Перевод: Saoirse, Foresight News
Уолл-стрит уже начала строительство в экосистеме Ethereum, но большинство портфелей все еще не имеют позиций.
У Андре Костолани есть утверждение о рынке, которое я очень ценю: «На фондовом рынке 2 плюс 2 никогда не равно 4, а равно 5 минус 1. Вам просто нужна сильная душа, способная выдержать это „минус 1“».
Эфириум-инвесторы хорошо знакомы с этим «минус один».
Пять лет бокового движения, снова и снова разбитые надежды, не утихают голоса о «смерти Ethereum». Появляются новые блокчейны, заявляющие о намерении заменить Ethereum. Рынок испытывает сильные колебания, и даже долгосрочные инвесторы не могут избежать сомнений в своем первоначальном выборе.
Этим летом ситуация изменилась. Я имею в виду не очередной всплеск эмоций в крипто-сообществе, а то, что настоящие традиционные финансовые институты начали внедрять бизнес-решения на базе Ethereum.
Robinhood запускает вторичную сеть Ethereum. За шесть недель общая сумма заблокированных средств превысила 1 миллиард долларов США. Revolut, имеющая более 80 миллионов пользователей, выпускает евро-стейблкоин на Ethereum.
Два токенизированных денежно-рыночных фонда J.P. Morgan Asset Management на основной сети Ethereum имеют совокупный объем более 800 миллионов долларов США. Crédit Agricole выпустил евро-стейблкоин на Ethereum и использовал его для расчетов по покупке токенизированного денежно-рыночного фонда AXA. В Японии появился первый трастовый японский йен-стейблкоин, построенный на Ethereum. Neuberger Berman также запустил свой первый токенизированный фиксированный доходный фонд на Ethereum.
Затем BlackRock официально вошла в отрасль. Вместо выпуска подкаста или очередного вежливого комментария вроде «блокчейн имеет огромный потенциал», компания сразу запустила реальные продукты. BlackRock запустила несколько токенизированных фондов на базе Ethereum; вскоре после этого объявила о сотрудничестве с JPMorgan Kinexys по токенизации части активов своей европейской серии институциональных денежных средств (на 30 июня объем управляемых активов составлял 311 млрд долларов США) на платформе Ethereum.
Морган Стэнли запустил продукт на базе Ethereum с функцией стейкинга. Fidelity подала заявку на добавление функции стейкинга к своему ETF на Ethereum. Open USD подтвердила, что с момента запуска была развернута на Ethereum, и в экосистеме участвует более 140 компаний.
Когда серия событий происходит одно за другим, это уже не совпадение, а сформированная финансовая структура.
Влад Тенев называет это глобальным суперциклом токенизации. Том Ли идет дальше: «Суперцикл токенизации» может даже недооценивать предстоящие изменения. Я считаю, что он не совсем неправ.
Токенизация — это лишь видимый первый уровень изменений. За ней стоят стабильные монеты, программируемое залоговое обеспечение, рынки торговли круглосуточно и мгновенные расчеты. В будущем AI-агенты смогут самостоятельно совершать покупки и продажи, вести переговоры и производить взаимные платежи. Больше не будет ограничений по рабочим часам банков, не нужно будет ждать T+1, и фразы вроде «перевод ожидается завтра» станут историей. Вероятно, больше не потребуется ручное вмешательство для отслеживания направления переводов.
Не кажется ли вам, что это уже звучало знакомо?
Первая волна рынка ИИ была связана с вычислительной мощностью. А следующая, возможно, потребует валюту, естественно встроенную в программную систему.
Биткоин заставил Уолл-стрит понять ценность цифровой редкости; Эфириум заставит Уолл-стрит осознать ценность программируемого капитала.
Это действительно любопытно.
1 июля цена Ethereum составляла около 1560 долларов США, а к концу августа выросла до примерно 2450 долларов США — значительный рост. Объем бизнеса, связанного с Ethereum, который развивают крупные институциональные игроки, продолжает расширяться, продукты становятся все более профессиональными, а сценарии применения выходят за рамки теоретических моделей. Однако традиционные институциональные инвесторы все еще владеют крайне небольшим количеством Ethereum.
На протяжении многих лет полное отсутствие этереума в портфеле было самым безопасным профессиональным решением в финансовой отрасли. Никто не был уволен за пропуск этереума. Фондовые менеджеры не должны были объяснять комитету по инвестициям, почему в портфеле нет этереума.
Но когда все — BlackRock, JPMorgan, Robinhood, Revolut, Fidelity, Morgan Stanley, Crédit Agricole, Neuberger Berman — начали активно инвестировать в Ethereum, ситуация изменилась.
В один прекрасный день вопросы инвестиционного комитета полностью изменятся: от «Почему мы должны выделить эфир?» до «Подождите, ещё раз объясните, почему мы вообще не выделили ни единого?»
Это именно тот медвежий панический сценарий, который меня действительно интересует. Не имеет отношения к раскрытым коротким позициям, не связано с бессрочными контрактами и не касается тех, кто открывает сделки с 50-кратным плечом в три часа ночи.
Самая большая короткая позиция по Ethereum, возможно, представляет собой множество инвестиционных портфелей объемом в десятки триллионов долларов, в которых до сих пор нет ни одного ETH.
Остановитесь и перечитайте это еще раз, хорошенько подумайте над этим.
Если вы активно открываете короткую позицию по Ethereum, вы осознаете, что делаете ставку на его падение. Но если вы управляете традиционным инвестиционным портфелем и выбираете нулевую долю Ethereum, в то время как финансовая система всё больше строится на Ethereum, вы в конечном итоге поймёте: нулевая доля сама по себе — это тоже позиция. Именно в этом и заключается самое интересное во всём этом.
В Вашингтоне также меняется вектор. Фокус отраслевых дискуссий сместился с вопроса «должны ли криптовалюты быть включены в финансовую систему?» на «хорошо, а как нам на самом деле это интегрировать?»
Законопроект CLARITY по-прежнему не принят и может быть снова отложен. Этого ожидает практически все.
Но если законопроект добьется настоящего двухпартийного существенного прогресса — в истории США такое уже не раз случалось — ситуация будет совершенно иной. Еще одно проваленное законопроектное предложение не вызовет большого удара; однако при достижении существенного прорыва институциональные участники будут вынуждены быстро пересмотреть свои временные ожидания и скорректировать свои позиции.
Моя эта ключевая логика не зависит от внедрения закона CLARITY; принятие закона только ускорит весь процесс.
Костолани также говорил о принципе, который инвесторы часто забывают: рынок почти никогда не реализует прибыль по прямой линии в соответствии с определённой логикой. Сначала возникает идея, затем следует долгое ожидание, часто сопровождаемое страданиями, и только спустя долгое время все начинают объяснять, что итог был изначально предсказуем.
Я заранее ожидал, что у Ethereum в будущем будет еще несколько коррекций «минус 1».
Но посмотрите на текущую ситуацию: Уолл-стрит уже перестала спорить о том, стоит ли обращать внимание на эту базовую инфраструктуру, и начала реально строить бизнес на ней. Инвесторы, распределяющие активы, всё ещё колеблются, не решаясь войти на рынок. Однако реальность остаётся неизменной: в большинстве инвестиционных портфелей доля Эфириума всё ещё равна нулю.