Автор: Polyfactual
Перевод: Ху Тао, ChainCatcher
Новый вид отмывания информации на прогнозных рынках: как секреты внедряются в сигналы для инвестиций
В конце февраля 2026 года четыре анонимных кошелька появились на платформе Polymarket. Эти кошельки были созданы всего несколько дней назад и, казалось, были полны уверенности. В течение последующих недель они сделали более 80 ставок по конкретным механизмам войны между США и Ираном, времени первого удара, отставке Верховного лидера Ирана и объявлении прекращения огня. Когда Bubblemaps в конечном итоге составила карту этого кластера ставок и связала первые четыре кошелька с еще пятью, выяснилось, что эти девять связанных аккаунтов выиграли более 2,4 миллиона долларов США с коэффициентом победы 98%, несмотря на то, что многие ставки были сделаны при низкой вероятности выигрыша.
Сейчас это явление получило название, или по крайней мере категорию: информационный отмывание денег. Чтобы понять, почему оно настолько разрушительно, необходимо сначала понять суть прогнозирования рыночных цен, поскольку механизмы, обеспечивающие работу этих рынков, являются теми же самыми, которые делают их уязвимыми для манипуляций.
Отбросив крипто-упаковку, контракты PM на самом деле очень просты. Каждая единица приносит 1 доллар, если прогноз верен, и ничего — если неверен. Поскольку каждый бинарный вопрос имеет только два результата, одна единица «да» плюс одна единица «нет» всегда равны 1 доллару, поэтому цена единицы «да» в 0,36 доллара означает, что рынок считает вероятность правильности этого прогноза равной 36%.
Важно, что Polymarket не устанавливает эти цены. Они исходят из книга заказов трейдеров (CLOB). Цены определяются спросом и предложением между трейдерами, а отображаемая цена находится посередине между ценой покупки и продажи. Возможно, в этом и заключается ее изюминка. В такой модели цены — это не мнение букмекеров, а коллективные ожидания всех трейдеров в книге заказов. Когда появляется новая информация, например, сильный отчет о занятости или данные по CPI ниже ожиданий, трейдеры переоценивают, и цены соответственно корректируются. На самом деле рынок превращается в постоянно обновляемую оценку вероятностей, за которую готовы платить финансовые институты. Такие организации, как Bloomberg, Reuters и хедж-фонды, теперь приобретают доступ к интерфейсу данных Polymarket в реальном времени, рассматривая его как более быстрый индикатор рыночных настроений по сравнению с традиционными опросами общественного мнения.
Однако ловушка заключается в том, что система, предназначенная для преобразования информации в цену, не может различать публичную информацию и информацию, полученную незаконным путем. Стек заказов не спрашивает, откуда у вас преимущество — он просто фиксирует ваши покупки.
В этот момент термин «отмывание денег» становится совершенно уместным. При традиционном отмывании денег грязные наличные поступают с одного конца системы, а чистые, неотслеживаемые наличные выходят с другого. При информационном отмывании денег конфиденциальная информация поступает с одного конца, а рыночные цены выходят с другого, причем рыночные цены не несут никаких следов.
Например, предположим, кто-то знает, что через 48 часов состоится забастовка, а текущая цена на рынке составляет 15%. Их покупательский спрос поглотит все ордера на продажу в стакане и поднимет среднюю цену, например, до 35% по фьючерсному контракту. Для других это выглядит как обычное переоценка, будто какой-то трейдер точно предугадал геополитическую ситуацию. Эта тайна искусно маскируется под четкий сигнал. Когда забастовка произойдет, цена контракта YES поднимется до 1 доллара. Позиция, купленная около 0,15 доллара, принесет примерно 6,7-кратную прибыль. Дело Мадуро несколько месяцев назад наглядно продемонстрировало такой масштаб: обвинители утверждали, что этот сержант армии превратил около 34 000 долларов США в примерно 400 000 долларов США.
Метафора отмывания денег также применима к сокрытию правды. Bubblemaps обнаружила, что у иранских преступных группировок убытки крайне малы — всего несколько сотен долларов, и компания считает, что эти убытки были намеренно созданы, чтобы сбить с толку следователей. 98% побед выглядят невероятно, а 98% побед плюс незначительные, намеренно созданные убытки выглядят почти как у очень опытного трейдера.
Однако наиболее ироничным является то, что эти рынки более прозрачны, чем традиционные биржи. Даже если владельцы счетов остаются анонимными, каждая транзакция по крайней мере фиксируется в публичной системе. Именно эта открытость позволяет аналитикам использовать такие инструменты, как Bubblemaps, чтобы восстановить заговор, связанный с девятью кошельками, на основе временной привязки и объема торгов, например, транзакций, зафиксированных за несколько дней до изменения рынка 28 февраля.
Но та же прозрачность порождает вторичный риск, вызывающий серьезную озабоченность регуляторов. Если внешние аналитики могут интерпретировать, что определенная координационная группа сделала крупную ставку на нападение, то и враждебные силы могут это сделать. Враждебные наблюдатели могут выявить аномальные сделки и на их основе разрабатывать военные планы и прогнозировать рынок. Аномальные всплески на некоторых рынках войны представляют собой недорогой и денонсируемый источник разведданных для любого, кто следит за этой цепочкой. Отмыватели очищают свою информацию, но в качестве побочного продукта они распространяют первоначальную тайну в абстрактной форме по всему миру.
Почему действующее законодательство не может просто охватить такую ситуацию? Потому что традиционные правила внутренней торговли были разработаны вокруг акций, значимой непубличной информации, связанной с компаниями, прибыли, слияний и поглощений, раскрытия информации топ-менеджерами и т.д., а не вокруг временных рамок военных действий. У войны нет «эмитента», и в юридическом смысле нет внутренних лиц компании.
Географические факторы юрисдикции усугубили эту проблему. Федеральные законы США запрещают прогнозные рынки предлагать ставки на войны или убийства, но ставки на Мадуро делались на оффшорном сайте Polymarket, который не подпадает под эти ограничения. Более того, барьеры для входа смехотворно низки: для обхода американского запрета достаточно лишь ежемесячно тратить около 2 долларов на VPN. Также достаточно просто приобрести аккаунт, прошедший KYC-верификацию. Тем не менее, Вашингтон наконец обратил внимание на эту проблему. 22 мая Комитет по надзору Палаты представителей начал официальное расследование прогнозных рынков, потребовав предоставить документы о том, как осуществляется верификация личности, применение географических ограничений и обработка подозрительных транзакций, связанных с Венесуэлой и Ираном. Предлагаемые законы — «Закон о ставках на смерть» и «Закон о общественной честности финансовых прогнозных рынков» — направлены на запрет ставок на войны и запрет чиновникам использовать конфиденциальную информацию для торговли.
Жестокая реальность заключается в том, что информационное отмывание денег — это не предсказуемая уязвимость, созданная человеком на рынке, а побочный эффект его основной механизмы работы. Рынок, способный идеально преобразовывать знания в цены, по своей сути вознаграждает тех, кто обладает наилучшей информацией, включая тех, кто не должен был иметь доступ к этой информации. Без ослабления механизмов, делающих эти рынки точнее опросов общественного мнения, невозможно полностью закрыть эту уязвимость.
По мере того как отрасль смотрит в будущее, даже если лишь 1–2% трейдеров деривативов будут использовать эти инструменты, годовой объем торгов может достичь 50 миллиардов долларов. Вопрос теперь не в том, эффективны ли рынки прогнозирования, а в том, насколько они чрезмерно эффективны. Проблема заключается в том, может ли общество терпеть такую машину, которая превращает самые строго охраняемые тайны общества в публичные котировки и торговые цифры, выплачивая за это щедрые вознаграждения держателям.
Twitter：https://twitter.com/BitpushNewsCN
Телеграм-чат BitPush: https://t.me/BitPushCommunity
Подпишитесь на BitPush в TG: https://t.me/bitpush