Майнеры биткоина переходят на производство ИИ на фоне роста спроса на электроэнергию

Автор: Eli5DeFi

Перевод: AididiaoJP, Foresight News

Глядя назад на 2024 год, биткоин-добыча напоминает группу выживальщиков, с трудом преодолевающих трудности, которые включают как событие халвинга биткоина, так и остаточные холода «крипто-зимы».

Но в начале 2026 года это впечатление было полностью пересмотрено. Эта отрасль прошла фундаментальную трансформацию, превратившись из спекулятивных передовых позиций по добыче хэша в фундамент новой эры — «фабрики искусственного интеллекта».

Этому изменению способствовала жестокая борьба за ресурсы.

По мере того как глобальный спрос на вычислительные мощности ИИ достигает пика, узкое место сместилось с «нехватки чипов» на «нехватку электроэнергии». Высокопроизводительные вычисления требуют чего-то, что нельзя скачать и невозможно быстро произвести: земли, уже подключенной к электросети.

Те биткоин-шахтеры, которых раньше высмеивали за высокую волатильность и ненадежность, успешно превратили землю и ресурсы электроэнергии, захваченные ими вокруг 2021 года, в инфраструктурный монопольный капитал 2026 года и превратились в незаменимых «землевладельцев» в золотой лихорадке ИИ.

В сценарии 2026 года электроэнергия стала новым дефицитным ресурсом.

Защита ведущих игроков отрасли через первичный «физический ров» — это подключение к электросетям коммунальных услуг. Сейчас строительство новой подстанции занимает от 5 до 7 лет, поэтому уже подключенные к сети места — старые шахты, имеющие доступ к электросети — стали единственными местами, способными удовлетворить мгновенные потребности в обучении передовых моделей ИИ.

Однако барьеры для входа из простого «захвата территорий» превратились в капиталоемкие укрепления. Из-за требований к высокоплотной жидкостной охлаждению и глобального дефицита трансформаторов стоимость строительства объекта, готового к ИИ, выросла до примерно 8–11 миллионов долларов США за мегаватт. Этот высокий порог капитальных затрат четко разделил «лидеров исполнения» и других участников:

• Iris Energy (IREN): лидер отрасли по масштабу, оценка 14 млрд долларов США. Компания владеет 2910 МВт электрической мощности и земельных активов, поддерживающих расширяющуюся сеть «AI-фабрик».
• Riot Platforms: имеет одобренную мощность электроснабжения 1,7 ГВт. Riot превратила свои активы в «Техасском треугольнике» в стратегический центр хостинга и недавно заключила знаковое соглашение об аренде с AMD.
• TeraWulf и Hut 8: признанные лидеры в исполнении. Эти компании заключили контракты на сумму 6,7 млрд и 7 млрд долларов США соответственно, успешно преобразовав свои рудники в высокоценные активы, соответствующие инвестиционному уровню.

Самые глубокие изменения, возможно, связаны с структурной переоценкой бизнес-моделей, что стало возможным благодаря «усилению доверия».

Раньше из-за чрезмерной волатильности цены биткоина крупнейшие финансовые институты вообще не хотели выдавать кредиты майнерам. Эта ситуация изменилась с появлением «корпоративных гарантий сверхкрупных предприятий».

С помощью «соглашения о признании» такие отраслевые гиганты, как Google и Microsoft, теперь обеспечивают финансовую гарантию за аренду, которую они платят бывшим майнерам.

Таким образом, ранее высокорисковые контракты на аренду майнеров превратились в низкорисковые кредитные договоры с крупными технологическими компаниями. В результате отрасль получила доступ к рынку облигаций по льготной ставке около 7,125%. Такие компании, как Cipher Mining и Hut 8, могут получать от JPMorgan Chase и Goldman Sachs проектное финансирование до 85% от стоимости проекта без разведения акций. Эта «модель арендодателя» с условиями «плати или не плати» привлекла значительные капиталовложения от таких институциональных инвесторов, как Vanguard, Oaktree и Citadel.

Требования к технологиям ИИ в 2026 году сделали прошлые конструкции охлаждаемых воздухом майнеров не только устаревшими, но и совершенно непригодными для развертывания высокоплотных ИИ-кластеров.

Платформа NVIDIA Blackwell GB200 NVL72 потребляет до 120 кВт на каждый стойку, что вынуждает отрасль перейти на технологию прямого охлаждения жидкостью чипов.

Для одновременного решения проблем теплоотвода и нехватки земельных ресурсов отрасль обращает внимание на «голубую экономику». Проект Линьган 2.0 в Шанхае является примером подводного центра обработки данных коммерческого масштаба.

• Технические показатели: Эффективность использования энергии этого объекта достигла 1,15, что значительно превышает национальную цель в 1,25. Он использует морскую воду в качестве основного источника охлаждения, снижая общее энергопотребление на 40–60%.
• Точная установка: с помощью судна «Саньхань Фэнфан», навигируемого с помощью GPS, эти подводные отсеки массой 1300 тонн могут погружаться с нулевой погрешностью, питаясь от морских ветровых электростанций и полностью отказываясь от ограничений, связанных с ресурсами на суше.

К 2026 году «стена цепочки поставок» укрепила отраслевую иерархию. Поскольку чипы архитектуры Blackwell от NVIDIA были распроданы до середины 2026 года, заказ компании, сделанный в 2024 году, стал ее текущим конкурентным преимуществом.

Без чипов электричество бесполезно; без электричества чипы — просто кирпичи. Победителями стали компании, которые заранее обеспечили себе и электроэнергию, и чипы.

CoreWeave готовится к выходу на биржу с оценкой в 35 миллиардов долларов, и эта уверенность основана на крупных заказах на оборудование, включая заказ от OpenAI на 22,4 миллиарда долларов. Те, кто не успел получить чипы в течение окна 2024 года, практически исключены из ключевого рынка инфраструктуры ИИ.

«Архитектура Blackwell имеет резерв заказов в 3,6 миллиона единиц, фактически исключив новых участников с первичного рынка инфраструктуры ИИ — эта ситуация трудно изменится в обозримом будущем.» — Дженсен Хуанг, генеральный директор NVIDIA, 2026 год.

Преобразование из «фабрики биткоинов» в «центр цифровой инфраструктуры ИИ» свидетельствует о том, что ранее маргинальная отрасль созрела и стала важной частью глобальной промышленной политики.

Такой изолированный, чисто майнинговый подход стремится к завершению. На смену ему приходят промышленные компании по энергетическому переходу, которые рассматривают вычисления — будь то алгоритм SHA-256 для биткоина или обучение крупных языковых моделей — как взаимозаменяемый продукт своих основных энергетических активов, распределяя его по мере необходимости.

По мере того как эти гигаваттные «AI-фабрики» становятся постоянной частью энергосети, мы не можем не задаться вопросом:

При такой огромной разнице в доходах на мегаватт, может ли чисто майнинговая модель без диверсификации в сфере ИИ выжить? Более того, как глобальная энергосеть справится с тем, что эти объекты перестанут быть гибкими «шахтами» с переменной нагрузкой и превратятся в стабильные «базовые нагрузки» для ИИ? Тогда центры обработки данных больше не будут просто потребителями электроэнергии — они станут проектировщиками и архитекторами энергосети.

Минеры изменились, но эта высокорискованная игра по энергетическому арбитражу только начинается.