Aave теряет более $12 млрд TVL после инцидента с rsETH

Автор оригинала: Санцин, Foresight News

26 мая Kelp DAO перевела последнюю партию из 20 373,72 rsETH в LayerZero OFT Adapter, после чего Aave объявила о восстановлении нормальной работы rsETH и всех затронутых рынков. За 37 дней было полностью восполнено 116 500 rsETH.

Это лишь восстановление rsETH до соотношения 1:1, но не означает полного списания всех активов Aave. 30 766 ETH, замороженные Комитетом по безопасности Arbitrum, все еще находятся в Федеральном суде южного округа Нью-Йорка, и их принадлежность пока не определена. TVL, потерянный Aave, не может вернуться вместе с rsETH.

Согласно данным DefiLlama, на день инцидента, 18 апреля, TVL Aave составлял 26,396 миллиарда долларов США; 25 мая — 14,181 миллиарда долларов США. Сумма, которая не вернулась за месяц, превысила 12 миллиардов.

Сложности только начинаются. Суд США по делам Южного округа Нью-Йорка проведет слушание 5 июня по вопросу принадлежности 30 766 ETH, замороженных комиссией по безопасности Arbitrum. Aave LLC и Gerstein Harrow представили дополнительные представления до 22 мая. Судья ранее 8 мая изменил уведомление об ограничительных мерах, разрешив перевод средств, но окончательное решение будет принято 5 июня.

Герштейн Харроу представляет семьи жертв северокорейского терроризма и имеет неисполненный судебный акт на сумму 877 миллионов долларов США. Этот судебный процесс, независимо от исхода, наносит ущерб бренду Aave.

DeFi United удалось собрать благодаря тому, что несколько сторон согласились обеспечить покрытие: Стани Кулехов вложил 5000 ETH, Consensys и Джозеф Любин обязались предоставить до 30 000 ETH, Aave treasury выделил до 25 000 ETH, а также были добавлены кредитный лимит в размере до 30 000 ETH от Mantle и поддержка от Lido, Ether.fi и других сторон.

Масштаб мобилизации сообщества беспрецедентен, но Aave исчерпала эту карту, которую можно использовать только один раз. При следующем инциденте загрязнения сверху может не получиться собрать такой же список.

Например, после инцидента Сунь Ючэнь перевел около 174 миллионов долларов США (включая 65 854 ETH и ряд стабильных монет) с Aave на Spark, совокупный депозит на Spark превысил 1,3 миллиарда долларов США. Киты проголосовали ногами — средства уже переместились.

У Aave есть не только V4 в качестве козыря, но V4 — это самый важный из них.

V4 был запущен на главной сети Ethereum 30 марта с архитектурой «Hub-and-Spoke» и тремя начальными Liquidity Hubs. Aave Labs обязалась следовать принципу «security-first growth» и постепенно повышать лимиты депозитов. 8 апреля депозиты превысили 10 миллионов долларов США, 9 мая — 50 миллионов долларов США, а 26 мая общий объем депозитов составил 86,13 миллиона долларов США, при активных кредитных позициях в 27,77 миллиона долларов США.

Этот ритм был ответственным выбором дизайна до rsETH, а после rsETH превратился в стресс-тест. Aave одновременно несёт 200 миллионов долларов США просроченной задолженности на V3 и постепенно увеличивает лимиты на V4.

Еще более сложной является ситуация, когда V4 сталкивается с внутренними конфликтами в собственном органе управления. Aave Labs подала в феврале 2026 года стратегическое предложение, объединяющее доход от продуктов, стимулы для сервисных провайдеров, движущую силу роста V4 и правовую защиту бренда, и потребовала от представителей проголосовать за все четыре различных рисковых аспекта одновременно.

Основатель Aave Chan Initiative Марк Целлер открыто поставил под сомнение целесообразность связывания запроса на крупные финансовые средства с одобрением стратегии. Этот спор по управлению продолжал обостряться до и после запуска V4, и каждое задержание позволяло конкурентам захватывать немного больше доли рынка.

Преимущество V4 заключается в открытости архитектуры Spoke: любой может создать Spoke и подключиться к Liquidity Hub в качестве кредитного лимита при выполнении условий. Именно поэтому Babylon Labs выбрал подключение Trustless Bitcoin Vaults к V4, а не к другой платформе. Однако скорость реализации открытости зависит от того, сможет ли орган управления успевать за темпами.

Aave V3 по-прежнему является источником дохода. Годовой доход превышает 100 миллионов долларов, и 14,1 млрд долларов TVL сосредоточены на V3. Предложение «Aave will win» позиционирует V3 как этап «стабильного обслуживания»; Стани публично заверил, что принудительного перемещения и дедлайнов не будет.

V4 и V3 будут работать параллельно как минимум 24–36 месяцев, являясь аддитивным дополнительным слоем, предназначенным для обработки гетерогенных сценариев, которые V3 не может обрабатывать. Horizon — это отдельная лицензионная форка V3, специально созданная для обслуживания RWA.

Каждый уровень захватывает свой собственный прирост. V4 захватывает новые сценарии, которые не могут быть реализованы в архитектуре рисков V3; после rsETH появилась еще одна задача — дать причину вернуть средства, уже переведенные в Morpho и Spark, обратно в Aave. Horizon захватывает потоки RWA из традиционных финансов и полностью не пересекается с V3 и V4.

Horizon Market официально запущен в августе 2025 года как лицензированный экземпляр V3 Aave, специально предназначенный для того, чтобы институциональные участники могли использовать токенизированные государственные облигации, корпоративные облигации и денежно-рыночные фонды в качестве залога для заимствования стабильных монет, таких как USDC, GHO и RLUSD.

На 26 мая совокупный объем чистых депозитов превысил 5 млрд долларов США, цель — превысить 1 млрд долларов США к концу 2026 года; партнеры включают BlackRock, Franklin Templeton, Circle, Ripple, VanEck.

Этот подход не совпадает с моделью управления казначейством Morpho. Morpho через сторонние платформы, такие как Steakhouse и Gauntlet, курирует волты, чтобы привлечь кредитный поток от розничных институциональных клиентов, таких как Coinbase, тогда как Aave через Horizon напрямую взаимодействует с управляющими активами традиционного финансового сектора для работы с RWA.

Два пути разделены в профиле корпоративных клиентов. Morpho обслуживает финтех-компании, использующие оффчейн-кредитование как инструмент, а Aave обслуживает управляющих активами, использующих оффчейн как площадку для выпуска.

После события с rsETH перенос средств в основном затрагивает клиентов первого типа. У клиентов второго типа стоимость переноса выше, а реакция медленнее. Комплаенс-фреймворк, процессы KYC и аудит доступа к активам, накопленные Aave на Horizon, невозможно воспроизвести Morpho за короткий срок после события.

Это единственная линия роста Aave, которая не была напрямую затронута событием rsETH, но ее рост зависит от темпов интеграции традиционных финансов в DeFi.

Aave по-прежнему является крупнейшим протоколом на рынке кредитования и заимствования, его TVL в 14,1 млрд долларов по-прежнему вдвое превышает показатель Morpho, и за несколько лет накопленная глубина развертывания не может быть опережена в краткосрочной перспективе.

Но счета, оставленные rsETH, не отражаются в балансе, а находятся в разделе предпочтений институциональных инвесторов по отношению к протоколам кредитования. TVL Spark вырос с 3,727 млрд до 5,3 млрд за месяц, Morpho медленно восстановился до уровня до инцидента после дна 21 апреля — эти цифры не вернутся автоматически обратно из-за восстановления рынка Aave.

Скорость реализации V4 в гетерогенных сценариях, вместе с прогрессом Horizon в области RWA для институциональных клиентов, определяет, сможет ли Aave вернуть утраченную долю рынка. Однако первое застряло из-за внутренних конфликтов в управлении, а второе — из-за собственного темпа интеграции традиционных финансов. И обе эти вещи Aave может только ждать.

DeFi United — это не постоянная структура, а разовое объединение.